Category: медицина

Беги, русский, беги!

Раньше я тешил себя наивной надеждой, что нашему русскому человеку можно что-то рассказать и объяснить про евреев. И что такой обученный, предупреждённый и вооружённый знанием русский человек будет готов к взаимодействию с евреем, будет осторожен и не попадётся на его удочку.

Теперь я понимаю, что надежды эти абсолютно тщетны. Всё равно гой, белый уж точно, проиграет еврею с вероятностью 99,9%, всё равно будет евреем рано или поздно убеждён, обработан, загипнотизирован, очарован и пойдёт за его дудочкой на бойню. Ну, или, по крайней мере, для начала к приготовленному для него евреем стойлу. Никакие разъяснения и никакие убеждения не помогут. Безнадёжно.

И на выборах любых русский за еврея проголосует обязательно. Не по принципу «выбираю еврея» - для русского ведь «национальность значения не имеет, лишь бы человек был хороший», что само по себе диагноз. А потому что русский всегда голосует за того, кто говорит складно. А кто у нас хорошо говорит? Из русских никто кроме Проханова, только евреи. Вот за евреев-говорунов русский и проголосует.




И поэтому единственный совет, который мне хочется отлить для русского человека в бронзе, звучит примерно так: «Не слушай еврея! Не приближайся к нему! Не останавливайся рядом! Не бери ничего из рук, не рассматривай, не читай, не пробуй! Ты всё равно так или иначе окажешься в дураках! С абсолютной неизбежностью! Заткни уши и беги от еврея со всех ног!!! БЕГИ, РУССКИЙ, БЕГИ!!!!!»

Первый бой против кошмарного культа холокоста выигран

Дорогие друзья,

спешу вас известить: час назад коллегия присяжных большинством голосов (5 против 3) вынесла вердикт о том, что я полностью оправдан по статье 354.1 УК РФ "Реабилитация нацизма".

Присяжные признали, что я переопубликовал статью Антона Благина «Евреи! Верните немцам деньги за мошенничество с "Holocaust six millions jews"!» и в своих комментариях к ней отрицал факт уничтожения шести миллионов евреев нацистским правительством. Однако, как установили присяжные, в этом действии нет состава преступления.

Спасибо вам за это, честные русские люди.




Есть нюанс: одновременно присяжные признали меня также большинством голосов (опять 5 против 3) виновным в унижении человеческого достоинства по признаку национальности (ст. 282) по дополнительному эпизоду в моём уголовном деле: за публикацию поста "Хватит кормить чужаков".

Для меня это крайне странно: я был уверен, что буду либо оправдан, либо обвинён присяжными по обеим статьям. Почему возникла эта вилка, по какой логике? Что происходило в головах и сердцах присяжных и вообще вокруг этого вердикта? Бог знает.

Это значит, что судья может в понедельник на мне отыграться в приговоре по 282-й статье (хотя присяжные 7 против 1 и сочли, что я по ней "заслуживаю снисхождения"). Но это второстепенно.

Главное - наша общая победа по так называемой "реабилитации нацизма". Как ни дико это звучит, именно "реабилитацию нацизма" (!!) на нас пытались навесить за то, что мы отказывались забыть наш на порядок более страшный русский холокост и навек поклониться холокосту еврейскому.




Лживая и бессовестная религия еврейского холокоста пока не прошла в Россию. Особенно радостно то, что её прорыв не удался в моей родной Перми. Конечно, эта ядовитая зараза будет наступать снова и снова, в том числе прокуратура может пытаться отменить этот вердикт присяжных в апелляции. И нам надо будет сражаться с еврейским нацизмом за нашу бедную многострадальную Родину с утроенной силой, как когда-то наши деды сражались с немецким. Но сегодня мы победили!



Спасибо всем, кто бился с нами в едином строю. Ура!

Всем лечь под горских!..

Пермских журналистов это естественно не интересует, а в Перми меж тем происходят интересные и весьма тревожные события. Гляньте ЭТО ВИДЕО. Это не случайный эпизод, это серьёзный конфликт в азербайджанской диаспоре. Суть его в том, что таты, то бишь горские евреи, прессуют и ломают талышей (народ, более всего известный русскому обывателю по знаменитому клипу «Давай, до свидания»). Задача - установить свой татский контроль над пермским рынком «Гача», на котором торгуют преимущественно талыши. Разумеется, таты действуют под полицейской крышей, точнее, они с нею срослись, проникнув в органы полиции и прокуратуры.

Главные действующие лица у татов — это Чингиз Микаил-оглы Исаев, в недавнем прошлом подполковник милиции, имеющий ещё и тесные связи с администрацией губернатора, а также ныне действующий начальник уголовного розыска Свердловского отдела полиции Перми майор Али Магеррамович Тарвердиев.

Вот этот фигурирующий на видео в качестве объекта террора Анар Гейдаров - значимая фигура среди пермских талышей, поэтому его сейчас ломают демонстративно, с особым цинизмом, всем другим талышам напоказ, чтобы понимали, что таты-иудеи над ними хозяева. Анар вынужден сейчас скрываться от давления и угроз в Москве, в Пермь показываться не рискует, носит там в столице вот такие письма в приёмную генпрокурору Чайке, но пока безрезультатно. В Перми писал в краевой Следственный комитет, бесполезно. Наверное, Чайке уже тоже объяснили, что в Перми всё спокойно, ситуация под полным контролем горских и ХаБаДа. А они реально объединились.






Скончался наш соратник, яростный борец с Хабадом академик Ковалёв

Друзья, пермяки и не только, приходится сообщить: в наших рядах крупная потеря. В субботу 8 апреля от нас ушёл Владислав Максимович Ковалёв, академик Международной славянской академии наук, образования, искусств и культуры, заслуженный врач России, лауреат премии ФСИН России, полковник в отставке. Многие пермяки помнят его по нашим публичным мероприятиям против секты «ХАБАД Любавич», по его ярким выступлениям на них. Но помимо этого он был важнейшей частью коллективного мозга нашего пермского (и шире - российского) антихабадского фронта, хотя не афишировал этого.



Владислав Максимович Ковалёв (14.03.1939 – 8.04.2017), белорус по рождению, считал себя убеждённым русским патриотом. По основной профессии был врачом в службе исполнения наказаний. В 1956 году закончил Могилёвское медицинское училище как фельдшер-акушер, попал по распределению в систему МВД СССР, а именно в колонии Пермской области и проработал здесь 30 лет. В 1966 закончил пермский мединститут и впоследствии стал высококвалифицированным врачом, затем начальником тюремной больницы. В его профессиональной биографии случались весьма рискованные эпизоды, из которых он выходил героем-победителем. Чего стоит история с известным бунтом в мае 1959 года в колонии «спецстрогого» режима в посёлке Перша Красновишерского района… Там содержались так называемые «ссученные», то есть осуждённые-рецидивисты, порвавшие с воровскими традициями. Тогда после неосторожного выстрела неопытного солдата-азербайджанца зек получил тяжёлое ранение, и колония взбунтовалась. Длительные переговоры руководства УВД, прокуратуры, Внутренних Войск ничего не дали, осуждённые забаррикадировались в жилых бараках и не реагировали ни на какие требования. Тогда 20-летний фельдшер младший лейтенант Ковалёв проявил неординарные решительность, храбрость, хладнокровие и способность к действию в экстремальной ситуации: он в одиночку вошёл в бушующую жилую зону, убедил пустить его к раненому, спокойно и деловито оказал ему первую помощь и организовал его эвакуацию. На том бунт и прекратился… Спустя много лет Владислав Максимович получил запоздалую, но горячую благодарность от чудом выжившего тогда заключённого.

А в зрелые годы В.М. увлекла публицистическая и исследовательская деятельность. В 2015 году он был избран за свои заслуги академиком Международной славянской академии наук, образования искусств и культуры. Он является автором множества статей в центральной (журнал «Наш современник», газеты «Дуэль», «Завтра» и др.) и местной прессе, а также нескольких книг: «Душой и сердцем» (1998), «Голос былого, и немного о Сталине» (2016), сборника статей «Наше дело правое» (2016). Ещё один сборник статей находится в печати. Ковалёв – автор целого ряда интересных поэтических текстов, в том числе известного в кругах славянских активистов гимна «Русь Единая».

Владислав Максимович был человеком страстных духовных исканий. Начав как сталинист и советский патриот, он, не отказываясь от своих убеждений, пришёл к ведическому мировоззрению, вошёл в редакцию журнала, издаваемого славянской академией.

Это был на редкость честный, принципиальный, порядочный и мудрый человек. Лучшее, что мы можем сделать в его память – это сплотить ряды и продолжить наше общее дело.

Наглядная агитация на тексты В.М.Ковалёва:

Наглядная агитация на тексты В.М.Ковалёва

Наглядная агитация на тексты В.М.Ковалёва

Наглядная агитация на тексты В.М.Ковалёва

Наглядная агитация на тексты В.М.Ковалёва

Филип и злые чечены

Хочу подвести итог завершившейся в ушедшем году примечательной истории. Показательной такой чеченско-хохляцко-карагайской истории, начавшейся годом раньше.


Есть на подъездах к Менделеево (для тех, кто не пермский — есть у нас в Карагайском районе такой большой азербайджанско-вайнахский аул Менделеево, стоит на железной дороге, так что стал важным центром отправки пермского леса на Кавказ и в Иран, потому там кавказцев такая повышенная концентрация, что дышать трудно, а уж на улицу местные девки выходить по вечерам просто не рискуют), так вот на подъездах к этому Менделеево есть отворот направо, на деревеньку Кадилово. В этом Кадилово несколько лет назад появился в качестве главы фермерского хозяйства некий Иван Иванович по фамилии Филип. Свинарник здесь себе прикупил. Очень крепкий мужик лет около 40, по происхождению хохол-западенец, но в наших краях ещё с советских времён, так что обрусел изрядно. И правая рука его — Цибуляк Пётр Тодорович, из тех же краёв. Я никакой не украинофил, но в данном случае справедливости ради надо подчеркнуть, что на пути чеченов в Карагайском районе встали именно хохлы. Потому что с русскими подобных историй здесь наукой пока не зарегистрировано.


Сразу отмечу, что Ивана Филипа в Кадилово не сильно любят — резок, говорят, грубоват, неприветлив, конфликты кое с кем у него бывали — какой-то он там прицеп что ли у кого-то то ли сломал, то ли не вернул, в общем, сельские дела, я не вникал. Да по нему и видно, что не ангел. Лицо такое бывалого человека. Судимость за плечами условная (бытовуха, какого-то хахаля своей бывшей жены избил) — сколько мне менты потом на эту его судимость указывали, мол, смотри, он сам уголовник... Не ангел, ну дак был бы ангел — не посмел бы местным чеченам перечить. Которые ангелы, они здесь чеченов стороной обходят и если что, то дочерям своим объясняют, что, мол, сама виновата, не надо было лишний раз на улицу выходить.


Итак, в мае 2010 года чечены взяли себе делянку леса рядом с Кадилово. Водитель молодой, Аюб Асхабов, стал возить на своём КАМАЗе брёвна через участок Филипа, так было короче. С Аюбом я встречался, резкий такой, дерзкий джигит. Вот здесь его фото и описание одной из криминальных историй (как водится, безнаказанных) с его участием.


Иван и Петро несколько раз говорили Аюбу, чтобы не ездил больше на огромном грузовике через их участок, что это им мешает. Как положено гордому горцу, Аюб на их просьбы плевал. 6 июня, около 20 часов, когда он в очередной раз попытался проехать здесь, Цибуляк перегородил ему дорогу бревном и сказал ехать в обход по общей дороге. Аюб так этому возмутился, что вышел из кабины, схватил полено и ударил им Петра по лицу. Но Цибуляк оказался мужик не промах, он после этого поднялся и хорошенько отделал молодого вайнаха, научив, где надо ездить. Вышедший на шум Филип покаказал Аюбу, где умыть разбитую рожу и посоветовал больше сюда не соваться.


Вот, место действия этой сцены на окраине Кадилова я сфотографировал:


Эта история шокировала и потрясла местную чеченскую диаспору. Впервые за много лет чеченской тирании в Карагайском районе здесь кто-то посмел поднять на чечена руку. Возможно, Филип и Цибуляк, которые обычно обитают в Верещагинском районе, как люди новые и с местным населением не очень сошедшиеся просто не представляли, как они нарушили местный статус кво и на какие устои посягнули. На следующий день около полудня группа возмездия из более, чем десятка чеченских бойцов с бейсбольными битами на четырёх машинах прибыла в Кадилово в контору ООО "Агроферма Кадиловская" по адресу Центральная, 73. Среди них был и Муслим Канаев, сын полномочного представителя президента Кадырова в Пермском крае Саидхусаина Умаровича Канаева, принимаемого в высоких кабинетах пермской власти и УВД (Муслим — личность тоже известная, я писал про него здесь и здесь). В конторе находились в это время Филип, Цибуляк, бухгалтер, а также их партнёр по бизнесу, приехавший из Тамбова, который, полагаю, запомнил этот день надолго... Сразу, без разговоров и выяснения отношений, Ивана и Петра начали всерьёз бить ногами и битами. Как говорил мне потом Иван, спасло их отчасти лишь то, что дело происходило в узком коридоре, так что нападавшим было тесно, и они мешали друг другу. Осознав, что дело совсем плохо, что Петра уже совсем затаптывают, Иван нашёл в себе силы вырваться, рвануть в кабинет и схватить лежавшую там охотничью одностволку. И выстрелил! Есть же ещё мужчины в русских селеньях! Урождённые хохлы, правда.


Причём ему хватило ума выстрелить не прямой наводкой, а в пол перед ними. Заряд был дробовой, и отрикошетившей дробиной кого-то из чеченов легко задело - в больнице он провёл потом всего несколько дней. Агрессор был повергнут в бегство и быстро убрался из Кадилово прочь.


Как и почему ружьё там так кстати лежало, мне наплевать, а вот милиция, разумеется, впоследствии именно на это и пыталась делать упор, мол, Филип с Цибуляком изначально готовили вооружённое преступление. Кстати о милиции — она вскоре появилась в Кадилове в большом количестве, приехала задерживать опасных преступников Филипа и Цибуляка. И задержала, разумеется. Но на этом события того дня не закончились — самый яркий и симптоматический эпизод был впереди. Начав допросы, милиционеры увидели, что задержанные уж слишком сильно истекают кровью. У Цибуляка, например, голова была рассечена в 4 местах. Около 17 часов их обоих повезли под усиленной стражей в Центральную районную больницу, где хирург оказал им медицинскую помощь, замазал и забинтовал. Филипа и Цибуляка вывели на улицу покурить, пока не придёт машина. И тут к месту приехала... опять же группа разъярённых чеченов! Видимо, им сообщили в ОВД, связи-то отлажены. И нисколько не смущаясь присутствием милиции при исполнении, чечены тут же снова стали зверски избивать Ивана и Петра. И милиционеры в количестве человек пяти, среди которых, я знаю, присутствовал оперуполномоченный уголовного розыска Алексей Иванов, присутствовала начинавшая это дело следователь Иванова (знаю её в лицо, высокая такая блондинка), стояли и безропотно смотрели на это. Видя такое дело, поняв, что от представителей закона помощи ждать бесполезно, Иван от отчаяния и здесь показал себя парнем что надо: отмахнувшись кое как от нападавших, он подскочил к ближайшему милиционеру, невзирая на сопротивление согнул его пополам и выхватил у него пистолет из кобуры. И, сняв предохранитель, навёл на чеченов и пообещал, что всех их здесь сейчас положит, если не уберутся. И чечены во второй раз за день позорно бежали с поля боя. Иван вернул пистолет ошарашенному менту, и они с Петром во второй раз отправились на перевязку, потому что снова были избиты и окровавлены.


Надо сказать, что этот последний эпизод, видимо, показался настолько диким даже следователям, что его не стали потом раскручивать, - все сделали вид, что в больнице ничего такого и не было.


А Филипа посадили в камеру и начали разматывать его дело. Чечены написали тучу заявлений, зафиксировали в медэкспертизе всё, от синяка до шрама от аппендицита. Менты им, как водится в Карагае, услужливо поддакивали и подмахивали.


Через несколько дней Ивана всё же выпустили под подписку о невыезде. И как только об этом стало известно тут же на него началась чеченская охота. Филип пытался заочно (через бывшего мента, что характерно) вести переговоры с чеченами, пытался добиться от них определённости: как всё-таки они разбираются в этой истории: посредством уличной войны или всё же официально, через следствие и адвокатов. Чечены выбор делать не хотели, передовали: «Тебе конец!» - и действовали по обоим фронтам. В этот период, в средине июня 2010-го, я и узнал об этой истории, приехал в Кадилово, пытался искать Филипа, но он был в глубоком подполье, жил в другом месте, передавал свои хозяйские распоряжения по телефону. Его работников приезжали прессовать чечены, мужики были страшно запуганы и шарахались от моих вопросов. С превеликими усилиями мне удалось-таки выйти с Иваном на связь и встретиться в Перми.


Интересно, что часть местных кадиловских жителей, с которыми я общался, испытывали по отношению к Ивану явное злорадство. Мол, мы тут в чеченском рабстве который год голову гнём, а он, вишь ли, бунтовать вздумал... А вона как тебя... Попрыгай-ка вот теперь... Мерзкие рабы, короче, не прощающие своему ближнему свободы.


А ментовское карагайское руководство пело мне свою песню: чего это вы, уважаемый, за Филипа впрягаетесь? Вы ж за русских вроде были! А он же украинец, да ещё и западный, вы это знаете? Какое вам такое до него дело?..


Ладно, что-то я через чур многословен, пора заканчивать новеллу. История тянулась почти год, и завершилась благополучно. Филип не сел, все юридические претензии к нему были отбиты. Неплохо поработал адвокат Виктор Паньков. Чечены тоже, конечно, никакой ответственности не понесли, но на это никто и не надеялся. Подробности опускаю, они не такие приключенческие, да я уже и не вникал в них детально. С чеченами Филип-таки как-то договорился и разошёлся.


Я обещал ему не рассказывать всё это в ближайшее время, чтобы не поднимать со дна новую тину, и вот сдержал обещание, выждал время, оцени, Ваня.


В ОВД по Карагайскому району с тех пор сменилось руководство, вроде бы к лучшему. Филип продолжает жить и крестьянствовать в Кадилове. Надо будет как-нибудь заехать к нему в гости. С ним приятно иметь дело. Здоровый и сильный человек.